К началу Великой Отечественной войны Филипп Орехов уже отслужил три года срочной и успел повоевать в составе 111-го добровольного батальона на финской. Поэтому его рапорт с просьбой направить в действующую армию военком отложил в сторону: «Вот что, сынок, сейчас Родине очень нужны командиры. Поэтому направляю тебя в артиллерийское училище».

А лейтенантами в отличие от мирного времени тогда становились быстро: три месяца ускоренной подготовки — и на передовую. В сентябре того же 1941-го наш земляк воевал на Западном фронте в должности заместителя командира батареи 1 193-го стрелкового полка. Он участвовал в обороне столицы и разгроме немцев под Москвой.

Но больше всего пензяку запомнилось Сталинградское сражение. «После окружения фашистской группировки наша дивизия с упорными боями прошла 130 километров и достигла станции Суровикино, важного железнодорожного узла, — рассказывал ветеран. — Через эту станцию немцы и снабжали свою окруженную армию. Против нас гитлеровцы бросили отборные танковые части...»

Уже после войны в своем знаменитом романе «Горячий снег» Юрий Бондарев описал эти бои, а прототипом главного героя книги лейтенанта Кузнецова и стал наш земляк Филипп Орехов.

«...В то время в высших немецких штабах все, казалось, было предопределено, разработано и утверждено, и танковые дивизии Манштейна начали бои на прорыв из района Котельниково в истерзанный Сталинград... В это время наша свежесформированная в тылу армия по приказу ставки была брошена на юг через беспредельные степи навстречу армейской ударной группе «Гот», в состав которой входило 18 дивизий». На направлении главного удара этой группы и стояла батарея нашего земляка.

Немцы действовали по всем правилам военной науки. Сначала на позиции артиллеристов и пехоты обрушивались косяки вражеских бомбардировщиков. Казалось, что от разрывов никто не спасется. От дыма нечем было дышать. Но люди помнили: главное — сберечь прицелы. И когда еще по головам наших бойцов ходила немецкая авиация, в атаку рванули танки.

«...Весь широкий гребень и пологий скат возвышенности перед балкой заметно менял свои очертания от густого и медленного шевеления там серых и желтоватых квадратов. Затем глухо накатило дрожащим гулом, вибрацией множества моторов, и яснее выступили очертания этих квадратов, соединенных в косо выстроенный треугольник.

Тяжко и тупо покачивались передние машины». Лейтенант Орехов закричал: «К орудиям!» — и из полузасыпанных ровиков вынырнули те из его артиллеристов, кто еще остался в живых. Бойцы срывали чехлы с казенников, раскрывали снарядные ящики и тащили их поближе к раздвинутым станинам, а сами, словно завороженные, смотрели на приближающуюся танковую махину.

«Во время такого боя основное — это прежде времени не раскрыть своих позиций, — оставил воспоминания Филипп Семенович. — Наступали на нас не новички. Огонь они не открывали, провоцируя батарею обнаружить себя выстрелами. Для устрашения фрицы даже включили фары. И вот, когда они выкатились на нужную дистанцию, мы дали первый залп».

«...Гигантский зигзаг танков выходил, выкатывался по всему фронту к переднему краю обороны. Огни трассирующих снарядов перекрещивались, сталкиваясь с частыми взблесками танковых выстрелов...»

Батарея выстояла. Правда, ни людей, ни орудий почти не осталось. И сам командир был ранен, но поле боя не покинул. А дивизия, в которой воевал Филипп Орехов, за беспримерное мужество и героизм приказом Ставки была переименована в гвардейскую.

А еще наш земляк освобождал Донбасс и Украину, отличился в боях за Варшаву, а закончил войну в Берлине в мае 1945 года. Весь его боевой путь составил более 1 000 километров.

Несмотря на то, что Филипп Семенович был неоднократно ранен и контужен, в тыл на лечение он так ни разу и не уходил.

А роман «Горячий снег» с самыми добрыми пожеланиями автора нашему земляку передали с оказией уже после выхода на экраны одноименного фильма. Жаль, что прототипу лейтенанта Кузнецова так и не удалось встретиться с писателем лично.

Владимир Викторов

«Молодой ленинец», № 5, 17 февраля 2015 г.