Пенза стала вторым городом России, где возвели часовню в память о Николае II и его близких, расстрелянных в подвале Ипатьевского дома.

«В Пензе очень много почитателей царственных страстотерпцев, которые им молятся, и этот крест с иконой и есть любовь пензенского народа к царской семье», - говорит настоятель Покровского архиерейского собора протоиерей Иоанн Яворский.

Памятник в форме голгофского креста выполнен из вечного материала - стали. В основании - камень, который специально привезли с Урала, где в ночь на 17 июля 1918 года был расстрелян последний российский самодержец вместе с семьей и прислугой. По замыслу пензенского художника Григория Дунаева, колокол памяти и покаяния, который висит над этим памятником, никогда не должен звонить по невинно убиенным детям, а должен висеть в назидание потомкам. Ковкой Григорий Петрович увлечен не один год и сейчас входит в десятку лучших художников страны по металлу.

В работе над часовней мастеру помогала его супруга Татьяна Алексеевна. Именно ее кисти принадлежит икона царственных мучеников.

«Мы с Татьяной часто трудимся в тандеме, хотя у меня в работе по металлу тоже есть помощники, - рассказывает Григорий Дунаев. - Поскольку мы все люди воцерковленные, то преимущественно работаем с православными храмами, откуда часто поступают заказы.

Я занимаюсь ковкой, а моя супруга расписывает стены ликами святых. Причем исключительно снаружи, на фронтоне здания. А чтобы непогода и перепад температур не навредили росписи, использует акриловые краски. С ними труднее работать, чем с обычными, но зато изображение остается на века».

Работы Дунаевых можно встретить в Москве, Подмосковье, Казани, Саратове, Саранске, даже в Китае и на Кубе. Трудились пензяки и в Троице-Сергиевой лавре. А однажды всего за полтора месяца Дунаев с коллегами-кузнецами выковал семь огромных паникадил, одно из которых теперь висит в резиденции Патриарха Кирилла. В Пензе также можно найти его работы, например, кованые часовни у памятника афганцам «Разорванная звезда».

По словам Григория Петровича, их с супругой труды не всегда бывают увенчаны должной наградой.

«Работали мы в Подмосковье с одним батюшкой. Он нам часто давал заказы, всегда расплачивался, пусть и с некоторой задержкой. Но случилась беда, преставился священник. На его место пришел другой, заявивший, что ничего не знает и платить нам не будет. И мы ничего не могли доказать, потому что всегда работали на доверии.

Даже миллионеры с Рублевского шоссе - и те, случалось, обманывали. Но, с другой стороны, если будет стоять выбор между крупным заказом с гарантированной оплатой от олигарха с Рублевки и скромным и отнюдь не гарантированным заказом от храма - я всегда выберу второй вариант».

Геннадий Марченко

«Молодой ленинец», № 47, 21 ноября 2017 г.